24.08.2006 18:07 24.08.2006 18:07
Мы продолжаем серию публикаций о современной молодежи, которая всегда лучше, чем о ней принято думать, беседой с волонтёром «Гринписа» и общественной организации «Друзья на улице» Анастасией Каримовой
- Добрый день, Анастасия. Волонтер - это человек, который не получает ни копейки за свой труд. Работать не в офисе, не на зарплату с премией - это ново для вас?
- Здравствуйте. Нет, абсолютно не ново, потому что я ни за что, кроме непосредственно своих текстов в СМИ, деньги никогда не получала. На самом деле, к общественной активности у меня интерес появился ещё до митингов и политических акций. "Первым балом" для меня стал сбор подписей два года назад в защиту старого архитектурного памятника с движением "Москва, которой нет". Подписей было так много, что дом не только не снесли, но и поставили на реконструкцию. Кстати, только что я вернулась с очередной акции МКН - защищали "Тёплые ряды" возле Кремля. Десять человек задержала милиция...
- "Москва, которой нет" - это общественная организация, защищающая Москву от застроек в историческом центре? Но ведь в городе не так много места, а экономический функционал и нагрузка растут. Кроме того, есть же Росохранкультуры - это, кажется, их преференция.
- Знаете, можно бесконечно спорить о том, что для города важнее - функциональность или сохранение исторического облика. Каждый выбирает сам для себя. Если создадут движение за снос архитектурных памятников и за строительство домов в стиле хай-тек - это будет даже забавно, ведь гражданское общество рождается из противостояния различных мнений.
Что же касается Росохранкультуры, то неподкупность этой структуры вызывает у меня лично большие сомнения. Мне трудно себе представить, какими нужно руководствоваться соображениями, чтобы поставить на снос памятник федерального значение - одно из немногих уцелевших в Москве зданий в стиле "деревянный ампир" (как это произошло в случае с домом поручика Поливанова два года назад). Просто не понимаю.
- Это частный случай подобного поведения государства? Или в других сферах, где Вы работаете, действия чиновников понять так же сложно?
- У меня пока небольшой опыт общения с чиновниками, напрямую я сталкивалась лишь с этим конкретным проявлением....
- А та ситуация, которая сложилась с донорской кровью?
- Насчет донорской крови - конечно же, проблема не в конкретном чиновнике и даже не в какой-то конкретной структуре. Чего скрывать - у нас достаточно запущенная система здравоохранения. Донорство крови требует широких инвестиций именно в раскрутку, но о выделении средств на "пиар" сложно вести разговор в ситуации, когда у бюджетников такие низкие зарплаты. Т.е. бессмысленно вопрос нехватки доноров рассматривать в отрыве от контекста общей ситуации.
А поскольку проблему разовым давлением на чиновника решить невозможно, приходится как-то своими силами агитировать людей идти сдавать кровь.
Это, кстати, непросто, т.к. у меня кровь пока не берут - до 18 лет нельзя. Две недели назад отказали, было очень обидно. А сегодня узнала, что тот мальчик, для которого надо было сдать кровь, скончался.
- Пусть земля ему будет пухом. Не опускаются руки? Не кажется иногда, что слишком уж много сил и нервов уходит на чужих людей? Ведь есть еще и родные, друзья...
- Помните, Андрей Болконский на каком-то этапе своей жизни решил пожить "для себя"?"Я" в его понимании - это, кроме прочего, родные и близкие люди. Я стараюсь мыслить примерно в том же ключе, только уверена: жить исключительно "своими" интересами, интересами своей семьи, недостаточно. Нельзя делить людей на "близких" трёх-четырёх и всех остальных - "чужих". Проблема как раз в том, что люди замыкаются в своих уютненьких семейных мирках. Больные дети, одинокие старики или просто нищие люди оказываются вне поля их зрения.
- Но Андрей Болконский к осознанию этого шел едва ли не всю жизнь... То есть получается, если быть честным, то нужно брать на себя совершенно тебе не обязательную по существу ответственность?
- Ну конечно, ведь если не ты - то кто?
При этом я не отрицаю, что есть лишь небольшой процент людей, готовых на какие-то бескорыстные, полезные для условного "общества" или для конкретных "чужих" людей действия. По данным ВЦИОМ, только 2% людей принимают участие в гражданских акциях, субботниках и благотворительных мероприятиях. При хорошей раскрутке и создании "моды" на волонтёрство, эта цифра может подняться до пяти, максимум - десяти процентов.
- На западе - половина. У нас - два процента, каждый пятидесятый? Хорошо, люди не хотят, не могут, не умеют. Но ведь существуют - в том числе и западные - фонды и организации, которые помогают старикам, детям, бездомны, наркоманам. Они же работают, и работают, насколько я понимаю, не только в Москве. Их мало? Есть государственные учреждения - детские дома, система, которая потихоньку отстраивается. Этого, на Ваш взгляд, мало?
-Нет, проблема не только в психологическом различии между россиянами, американцами и европейцами. Есть ещё экономический фактор. Недавно послушала либеральных экономистов, которые говорили, что государство вообще не должно заниматься детскими домами, донорами, бездомными и т.д. - у меня от этих слов сначала волосы на голове дыбом встали: как такое можно говорить, как же забота государства о гражданах??? С другой стороны, государство ведь не всегда является надежными помощником в этих вопросах.
В США, как мне рассказали, обкатывают такую модель - бОльшую часть социального сектора берут на себя фонды, независимые организации, частные граждане. То есть люди привыкли к тому, что именно им нужно покупать игрушки для детских домов - им, а не каким-то социальным службам.
У нас нет такой привычки, потому что долгое время государство было своеобразным "театром одного актёра". У людей за 70 лет выработалась привычка делать что-то организованно (ходить на субботники, например), а в частных инициативах при такой системе особой необходимости не было, государство решало все необходимые вопросы. В девяностых годах произошёл перелом, который перекосил всю социальную сферу: государство с частью функций перестало справляться, у людей при этом не появилось ни привычки, ни интереса к частной благотворительности. Вы говорили чуть выше про совершенно не обязательную по существу ответственность; в условиях социальной нестабильности девяностых годов она была не только необязательна для обычных городских обывателей, но и нежелательна - они всячески старались её избежать, потому что "своих проблем хватало". На благотворительную и волонтёрскую деятельность зачастую не было ни сил, ни средств, ни смелости. Именно в этих обстоятельствах прячутся корни социальной апатии.
О второй части вопроса. Сил у организаций, о которых Вы говорите, очень мало, они пока не способны решать системно подобные проблемы. Достаточно посмотреть хотя бы на то, сколько у нас нищих на вокзалах - это при том, что в Москве благотворительные организации их кормят, "Красный крест" их лечит, а государство содержит ночлежки.
- То есть понятно, что «социалку» государству все равно не поднять. И гражданам пока не особо хочется заниматься чем-то помимо своего узкого круга обязанностей? Замкнутый круг? Власть может организовать субботник - это я общо говорю - да, субботник что по "высадке саженцев", что по помощи детям. И тогда, административными рычагами, какая-то маленькая часть проблемы решается. Но ведь это - не выход. Выхода, получается, нет?-
- Нет, ну что вы, всё совсем не так мрачно. Просто нужно время. За 15 лет невозможно переучиться, в этом всё дело. Если в стране будет экономическая стабильность, люди на подсознательном уровне привыкнут к мысли о том, что им не нужно постоянно ждать подвоха и думать только о своих семейных материальных интересах - они постепенно начнут снимать шоры, обращать внимание на тех, кому живется хуже, кому нужно помочь.
- Просто нужно время?
- Да. "Надо только выучиться ждать, надо быть спокойным и упрямым!"
- Я очень надеюсь, что вам хватит спокойствия и упрямства. Часто приходится слышать осуждения в свой адрес?
- Очень часто. Раньше думала, что это только в политических вопросах тебя могут облить грязью с ног до головы. Ничего подобного. По поводу социальных инициатив тоже разгорается масса споров, тоже приходится слышать массу упреков в свой адрес. Про помощь бездомным чаще всего говорят, что раздачей бутербродов никак проблему решить нельзя, во-первых, во-вторых – бомжи якобы сами себя до такой жизни довели. Или вот, например, есть Катя Чистякова, которая занимается проектом donors.ru. Катя помогает собирать деньги на дорогостоящее лечение детям, она им спасает жизнь. Движение "Наши" устроило зимой "донорский скандал", обвинив Чистякову в том, что она якобы узурпировала донорство в Москве.
Претензии возникают у людей, которые сами ничего не делают и совершенно не разбираются в "социалке". Очень трудно по множеству раз объяснять, почему мы именно раздаем бутерброды бездомным, а не пытаемся открыть центр для социальной адаптации, трудно объяснить, что все остальные способы помощи уже испробованы и они не действуют.
- Не действует?
- Нет. В Москве уже есть центры для социальной адаптации. Туда можно попасть либо за деньги, либо при наличии паспорта и московской прописки. В Москве есть и ночлежки - но в них так страшно, что большинство нищих предпочитает жить на улице. "Выбить" деньги на "системную" помощь бездомным практически невозможно - они не вызывают у благотворителей и спонсоров такого сочувствия, как больные дети. Таких нюансов очень много, они незаметны человеку со стороны.
- То есть остается, по сути, только помочь самому хотя бы кому-то?
- Конечно. Нищим, например, очень важно нормальное общение. Обычные люди не придают большого значения простому человеческому общению, а человеку, который оказался на улице, важно дать понять, что, несмотря на все трудности, его не считают отбросом общества, с ним общаются на равных. Для них общение - это первый шаг к социальной адаптации.
Ребята из движения "Друзья на улице" (которое как раз занимается раздачей бутербродов на вокзалах) познакомились с одной бездомной бабушкой, потом об этой бабушке рассказали в репортаже про движение на ТВ. Какой-то добрый телезритель нашёл её потом на вокзале, помог восстановить документы и вернуться к нормальной жизни (у него были такие возможности).
Можно сказать, что этого мало. Что там, бабушка… Но из таких «малых дел» и должно вырастать гражданское общество
- Будем надеяться, что гражданское общество, в том числе и с Вашей помощью, вырастет.
- Спасибо. Будем надеяться и работать..
Оригинал статьи по адресу http://novchronic.ru/67.htm