14.09.2009 16:06 14.09.2009 16:06
В последнее время в очередной раз резко обострились разговоры вокруг пресловутого пакта Молотова–Риббентропа. Историки, политологи, журналисты, юристы, политики с яростью, достойной лучшего применения, активнейшим образом включились в эту дискуссию, и вскоре от их высокомудрых речей стало совершенно не продохнуть.
В борьбе все средства хороши, и аналитики используют все, что можно. Мюнхенский сговор, массовая гибель пленных красноармейцев в польских лагерях, Катынь, польские партизаны, Пилсудский — всё идет в дело, дабы оправдать или очернить договор между Германией и Советским Союзом.
И на таком уже высоком уровне идет эта дискуссия, что простому человеку никак не разобраться, слово не вставить. Вынужден простой человек верить, как обычно, «своим». Ежели ты патриот — верь тем, кто говорит про военную необходимость и спасение хотя бы части Польши от нацистов, если демократ — верь тем, кто вещает про преступный сговор двух людоедов.
Градус диалога, между тем, все выше и выше. События семидесятилетней давности настолько захватили мысли признанных экспертов, что они уже не замечают, что выходят за границы здравого смысла и нормального исторического анализа. Это именно тот случай, когда специалисты становятся заложниками своих знаний и неспособны уже абстрагироваться и взглянуть на вещи со стороны. А стало быть, в дело придется, как обычно, вступить дилетанту и робко вставить свое скромное слово в яростную полемику экспертов. Они, конечно, отмахнутся и продолжат, ну да и Господь с ними, история делается не экспертами.
Итак, предлагаю себя в качестве дилетанта и клянусь, что в полной мере соответствую заявленному. Исторического образования не имею, в жизни не бывал в архивах, историю изучаю в основном по художественной литературе. Никогда не читал ни одной книжки, посвященной пакту Молотова–Риббентропа и сопутствующим событиям, не участвовал в полемиках, все рассуждения и дискуссии слушал только мельком по радио во время приема пищи, по ТВ никогда не досмотрел ни одной передачи до конца, да и материалам в прессе не уделял особого внимания. В общем, действительно классический неравнодушный дилетант, коих и желают склонить на свою сторону все дискурсанты. И, как обычно, ни в чем толком не разобравшись и не желая слушать умных людей, дилетант сразу начинает всех учить и выдвигать претензии.
Работа с материалом у экспертов идет на самом высоком уровне. Подробнейшим образом изучаются и всесторонне осматриваются исторические документы, политические обстоятельства, правовые аспекты, дипломатические казусы. Высоколобые много говорят про общую геополитическую ситуацию, про исторический момент, про информационный фон. Но почему-то забывают о самом главном. О психологии людей того времени. О том, как по-разному воспринимали ту же Польшу в мире. И немцы, и русские, и страны бывшей Антанты. О том, насколько легитимны в сознании граждан различных стран были границы после Первой мировой войны. Есть несколько моментов, которые кажутся наиболее вопиющими среди всей этой бесконечной говорильни, попытаемся развенчать их.
Развенчание первое. Завоевательная политика Сталина
Чудовище Сталин, вступив в преступный сговор с чудовищем Гитлером, оттяпал себе половину Польши, нарушил все человеческие и божеские законы. Минутку. А сколько до этого времени Польша существовала как независимое государство? С момента развала Российской империи? Чуть больше двадцати лет, чуть больше, чем прошло сейчас со времен развала СССР. А время сейчас идет куда быстрее и наполненнее событиями. Советская Россия на момент начала Гражданской войны потеряла процентов девяносто территории Российской империи и на протяжении всего времени своего существования постепенно и в постоянном режиме возвращала себе утраченные земли и наводила порядок на них. Восточная и Центральная Украина, Средняя Азия, Дальний Восток, Закавказье. Это мы сейчас воспринимаем Финляндию и Польшу как независимые государства, а тогда они были ровно такими же осколками Империи, как Белоруссия или Украина. Кроме всего прочего, Польше достался и изрядный кусок Украины, весь Запад, возвращение которого было уже совершенно оправданно. И если кому-то из врагов Советской России это не нравилось, то причины были вовсе не в легитимности Польши как государственного образования, а в общем неприятии большевизма и ненависти к Сталину. Восстановись в России к тому времени монархия, отношение к Польше было бы ровно таким же и даже более того, без всяческой большевистской интернациональной романтики и ленинского «права наций на самоопределение». Вернуть утраченные территории — это была вовсе не личная маниакальная идея Сталина, а общая мечта всех русских, что белых, что красных.
Развенчание второе. Версальский мир и нерушимость границ
Нерушимость и легитимность границ в Европе между двумя мировыми войнами также вызывает сомнения. Многие считают, что не было никаких двух мировых войн, а была только одна война, которая просто прошла в два этапа. Версальский договор — это вовсе не вечный мир, а только перемирие. Государства-участники, одинаково истощенные войной, использовали мирное время, чтобы подготовиться и начать все по новой, мобилизовать народ, модернизировать армии, разработать новые вооружения.
Многие страны, конечно, в результате территориальных пертурбаций начала века не потеряли, а только приобрели. И, безусловно, они сейчас настаивают на том, что те границы были справедливы и незыблемы. То же можно сказать и о возникших из ниоткуда новых государствах. Отчего же мы воспринимаем только позицию этих государств, а не тех, кто остался после Первой мировой и Версаля обижен?
Границы, которые были установлены после Версаля, вовсе не воспринимались ни Россией, ни тем более Германией как нечто вечное и нерушимое. Да и вообще принцип нерушимости границ впервые был официально принят в качестве нормы международного права только в 1970-м году, а в тридцатых никто об этом и не помышлял, даже при создании Лиги наций. Но даже и без этого принципа отношения к границам после Первой и Второй мировой войны — это нечто совершенно разное. Наши же современники почему-то оценивают нерушимость тех границ по сегодняшним меркам. Европа кипела полсотни лет, разваливались империи, по швам трещала колониальная система, возникали новые государства, взаимные территориальные претензии были у всех политических субъектов, социалисты и анархисты всерьез говорили о вообще всякой отмене государственных границ, и это все равно не могло закончиться ничем, кроме глобальной войны. Естественно и стремительно наращивающий мощь Советский Союз не мог не участвовать в этом переделе.
Развенчание третье. Сталин вступил в сговор с Чудовищем
Это, пожалуй, самый забавный из пунктов. В момент подписания пакта в сознании мировой общественности ещё не было никакого нацистского «чудовища». Гитлера очень не любили и очень боялись. Многие считали его за сумасшедшего маньяка, многие видели в нем угрозу. Доходили слухи о репрессиях по отношению к евреям, коммунистам, сектантам, психически больным, однако ни о каких массовых преступлениях, особо поражающих воображение людей, только-только видевших чудовищную мясорубку Первой мировой войны, революции, Гражданскую войну в России и совсем недавно в Испании, речи не шло. Нацисты ещё не успели совершить никаких из ряда вон выходящих преступлений или невиданных в других европейских странах репрессий, общественность была возмущена разве что их характером и идеологической направленностью.
Над Гитлером и нацистами больше смеялись, считая их за чокнутых эзотериков. В газетах публиковались глумливые репортажи, высмеивающие обмеры «учеными рейха» черепов египетских мумий. В каждой демократической стране вполне легально действовали фашистские партии. Британский союз фашистов собирал на митинги сотни тысяч чернорубашечников. Французские фашисты были в одном шаге от того, чтобы захватить власть. В Америке к фашистам относили Уолта Диснея и губернатора Луизианы Хью Лонга. И это не говоря уже о тех странах, в которых помимо Германии пришли к власти фашистские партии.
Контакты европейских держав с Гитлером были вполне регулярными, и дипломатические отношения поддерживались даже в большей степени, чем с Советским Союзом. Германия была полноправным членом мирового сообщества. И контакты с ней вовсе не казались чем-то особенно страшным. И заключение «пакта о ненападении» между двумя мощными соседними государствами не было чем-то из ряда вон выходящим.
А между тем, почему-то отношение к декларативному (вспомним, с какой легкостью этот договор нарушит Гитлер) пакту у нас трактуется как союз с дьяволом. Дьявол-то он дьявол, да вот только об этом тогда ещё никто не знал.
Развенчание четвертое. Оправдывания и объяснения
Все предыдущие упреки и претензии были адресованы к «экспертам-либералам», а между тем, есть у дилетанта упрек и к «экспертам-патриотам». Следует он из всех вышеперечисленных. Зачем оправдываемся? Зачем объясняемся?
Наши предки взяли своё и по своему праву. Вернули почти все земли Российской империи, а кое-где и приумножили. Воссоединили Украину. Объединили славян. Отомстили полякам за позорное поражение в войне 1921 года и последующие оскорбления. Отодвинули границу. Этим нужно гордиться, а не оправдываться. Впоследствии мы помогли организовать полякам партизанское движение, затем освободили их от немцев, помогли восстановить страну, сделали своими союзниками, оказали честь, выбрав Варшаву местом заключения договора всего социалистического блока. Страны Варшавского договора, как это звучало! Когда ещё Варшава имела такое значение в мире?
Поляки сами отказались от этого, ну так это их проблемы. Есть в нашем обществе такие странные люди, кто готов каяться вообще за всю историю России. Их немного. А нам-то зачем? Вам, «экспертам-патриотам», нам, обывателям? Какой смысл объяснять и оправдывать доблестные деяния своих предков? Эдак можно глубоко в историю заглянуть. Может, извинимся перед греками, что Аскольд и Дир на Константинополь ходили?
Не о чем разговаривать с теми, кто считает, что вся история крутится вокруг этого мелкого, недолго действовавшего договора. Для их мифологии он все равно важнее, чем для нас. Для них был колоссального значения пакт между Третьим рейхом и СССР, а для нас это был временный договор о ненападении между Германией и Россией. Вот и всё.
Ретроспективный реваншизм
История делается не историками, она ими интерпретируется. Очень скоро интерпретируют и нас. Вульгаризируют и вставят в свои убогие представления о нашем времени. И, зная экспертов и всяких историков, можно уже сейчас предположить, как именно. По всей России полыхает Чеченская война, тандем враждует между собой, разлагающаяся элита устраивает пиры в Кремле, судилище над ЮКОСом собирает толпы зевак, ну и так далее.
Эксперты каждый раз наступают на одни и те же грабли, интерпретируют исторические события, каждый раз меряя все по текущему положению вещей, социальной составляющей, общественной морали и объективной реальности. Но это было бы ещё ничего, — если бы не начали они играть в совсем уже глупые игры — вовлекать общество в оценки тех или иных исторических событий. Они слишком буквально приняли словосочетание «суд истории», решили, что могут инспирировать в нем судебные процессы и распределить роли защитников и обвинителей и даже сами выносить приговоры.
Ретроспективный реваншизм, пожалуй, стал отличительной особенностью две тысячи девятого года, и он принимает все более фантастический характер. Как же некоторым не хватает машины времени, чтобы вернуться назад и все поправить, всем отомстить. Вырвать Гитлера за секунду до самоубийства и в Гаагу его! Клонировать Сталина и расстрелять! Кажется, что самые наши борзые из борзописцев уже пакуют ранцы и качают мышцы, готовясь совершить скачок в прошлое и показать кузькину мать всем врагам польской демократии и эстонского авторитаризма. Сидят себе Молотов с Риббентропом, договор подписывают, а тут открывается дверь измерений, и сквозь голубоватое сияние в кабинет заходит член Общественной палаты Николай Сванидзе и осуждающе смотрит на них. Смешно? А вот Сванидзе не смешно.
Подобно Тарантине, который позволяет евреям в своем последнем фильме ощутить некоторое удовлетворение от крошения нацистов в мелкую капусту, наши либеральные деятели хотят дать полякам ну хоть какое-то маленькое удовольствие в топтании по гадким Молотову и Сталину.
Гневный взгляд современников шарит по прошлому подобно сауронову оку, высматривая там всякие гадости-несправедливости, чтобы вынести на «суд истории» и выступить там обвинителями. Время у нас сейчас ух какое, а стало быть — судить всех этих Тамерланов-Чингисханов по законам военного времени. Приговорить к расстрелу, приговор привести в исполнение немедленно! И строчат пулеметы клавиатур, и пули букв летают по всему рунету. Почем зря. Ни злодеям, ни героям эти пули не причиняют ни малейшего вреда. Да и современники ко всему этому пустословию совершенно равнодушны. Что было, то быльем поросло.
Каяться все равно никто ни за что не будет.
.
Оригинал статьи по адресу http://novchronic.ru/4061.htm